Начало » ГЛАВНЫЙ » Фортификация » Кингисеппский УР (№21)
| Re: Кингисеппский УР (№21) [сообщение #139845 является ответом на сообщение #139823] |
вт, 20 ноября 2012 20:35   |
|
|
Часть2.
Поскольку укрепрайон предполагал сдерживать наступление «белоэстонцев», на вооружении которых не было сколь-нибудь значительного количества тяжелой артиллерии, и, в худшем случае, немногочисленных экспедиционных англо-французских сил, то его костяк состоял из долговременных огневых точек «малого» типа — категорий М1, М2 и М3 в классификации 1931 г. «Больших» точек категории «Б одноэтажный» насчитывались единицы, — вероятно, всего 2 батальонных КНП;
один в Бол. Кузёмкинском БРО,
второй — в Александрогорском БРО.
Общее количество ДОТов составляло не менее 49, из них 18 — в Усть-Лужской укреппозиции. Все ДОТы были одноэтажными, не имели казарм и убежищ для личного состава, в том числе и противохимических убежищ и тамбуров и т. п. Все сооружения первой половины 1930-х гг. были пулеметными, фронтального огня. То есть, огневых точек фланкирующего огня (капониров) и круговой или почти круговой обороны (блокгаузов) не имелось, кроме четырех «старых» огневых точек у мостов в кингисеппском левобережье. Все ДОТы были 2- или 3-амбразурными (кроме двух «старых» 4-амбразурных) и имели, соответственно, один или два боевых каземата со входами типа «тупик» или «сквозник». Главным их вооружением были пулеметы системы Х. Максима обр. 1910 г. в казематных пулеметных установках ПС-31, то есть на деревянных казематных станках системы Горносталева обр. 1931 г. со своей системой водяного охлаждения и вентилятором газоотсоса КП-18. Боезапас на каждый пулемет по штату — 6000 патронов 7,62x54 мм или М1908/30 в коробках с лентами в каземате плюс 30000 дополнительный в техническом помещении; итого 42-48 тысяч. патронов. Пулеметные амбразурные узлы П-31 прикрывались 40-мм бронезаслонками, которые во время боя откидывались вверх вовнутрь и в этом положении не обеспечивали полную защиту гарнизона ДОТа от пуль, осколков и, особенно, от огнеметов противника. Амбразуры обеспечивали сектор обстрела 60–70 градусов. На самых первых двух 4-амбразурных ДОТах первоначально стояли пулеметные станки Юшина и пулеметные V-образные заслонки его же конструкции, но затем все это было переделано под станки Горносталева. В качестве оружия самообороны гарнизон имел ручные пулеметы Дегтярева ПД обр. 1927 г. и винтовки, но в этом оружии на 1941 г. был существенный недокомплект. Защищались ДОТы 1–2 ружейными амбразурами защиты входа с типовыми ружейными 10-мм бронезаслонками РЗ-31 (С-31). Тамбур входа защищался снаружи противоштурмовыми решетками, а от боевого каземата отделялся тяжелой гермодверью, т. е. деревянной, окованной железом. В «тупиках» устраивались продухи для ослабления действия ударной волны. Перископы имелись далеко не во всех огневых точках, но, когда имелись, это были 1,5-кратные перископы ПФС-2 или 4-кратные ТЧ-1. Связь обеспечивалась преимущественно воздушно-проводными телефонными линиями, т. е. на столбах, с телефонными аппаратами УНА-И и коммутатором Р60-1 на 60 номеров в узле связи УРа в Крикково. Уже в июле-августе 1941 г. на глубину штыка лопаты (вместо положенных по нормативам 3–4-х м) был зарыт полевой телефонный кабель «подземной» линии связи. По-настоящему подземная связь была обеспечена только в Бол. Кузёмкинском БРО, но в 1941 г. выяснилось, что она неисправна и ввести в строй ее не смогли. В командирских ДОТах имелись и радиостанции РБ и РБМ (всего 25 шт. на УР), а для центральной связи — радиостанция 5АК, смонтированная на двуколке. Однако в 1941 г. радиосвязью не пользовались; станции были опечатаны по приказу коменданта УРа из-за «радиобоязни» — были напуганы слухами о сверхточной немецкой радиопеленгации. Вентиляция боевых казематов осуществлялась фильтрами-поглотителями ФП-150 (ФПУ-100) с вентиляторами КП-4А. Электропитание в ДОТах обеспечивалось бензоэлектрическими агрегатами АЛ-6, работавшими на автомобильном бензине. Вода для баков системы охлаждения — ее требовалось около 240 литров — бралась из вырытых рядом с ДОТами колодцев. В ДОТах имелись запасы питьевой воды и провизии, но санузлы отсутствовали — в боевой обстановке их заменяли выносные ведра с крышками, а в небоевой гарнизон жил в построенном возле ДОТа блиндаже. Также имелся запас оборудования по дегазации, к которой в то время относились очень серьезно. (Забегая вперед, можно сказать, что в боях под Псковом в июле 1941 г. немцы применили иприт, правда, без существенных последствий.) Гарнизон ДОТа состоял из отделения — 10–15 человек во главе с комендантом ДОТа, делившихся на две смены. Для гидроизоляции ДОТы покрывались битумом, поверх которого могла наноситься маскирующая окраска. Маскировались огневые точки, в большинстве своем, под рельеф местности земляной обсыпкой. Те, которые стояли возле деревень, маскировались под дома или сараи. Эти, естественно, обсыпки не имели. Усть-Лужские ДОТы практически не отличались от своих кингисеппских собратьев, но основной их отличительной чертой является наличие в горжевой части маленькой пристройки — технического помещения с отдельным входом. Там хранился дополнительный боезапас, провиант, хлорная известь для дегазации и др. имущество. Системы подземных ходов сообщений между собой огневые точки не имели, только у некоторых ДОТов на левом берегу Луги был крытый ход к берегу реки. Наличие некоторых ходов отмечается в воспоминаниях участников в Бол. Кузёмкинском БРО.
Возле боевых ДОТов строились ложные фортификационные сооружения (ЛОТы) — макеты ДОТов категории защиты М4. На Усть-Лужской позиции прослеживается принцип — на два ДОТа один ЛОТ. Это средних размеров сооружения, состоящие из одного каземата с совершенно открытым входом, и двумя или тремя большими проемами, имитирующими амбразуры.
Строились из неармированного бетона 15–20 мм толщиной, обеспечивая противоосколочную защиту. Предполагалось, что при приближении противника, бойцы откроют из такой точки огонь из ручного пулемета, а потом быстро покинут сооружение, подставляя его под расстрел противником для отвлечения вражеского огня от боевых ДОТов. Кроме того, ЛОТы демаскировали таким образом, чтобы противник мог заметить их при проведении авиаразведки. В КингУП ЛОТы 3-амбразурные, а в УЛУП — несколько поменьше и 2-амбразурные.
Быстро возрастающее значение танковых войск уже в середине 1930-х гг. заставило смотреть на отсутствие какой-либо противотанковой обороны первых советских УРов, как на существенный недостаток. Для его возмещения в 1934–1937 гг. Ленинградский военный округ передал своим УРам 160 списанных танков Т-18 (МС-1), вооруженных либо двумя пулеметами, либо 37-мм пушкой системы Гочкиса. Таким образом, по программе усиления УРов до 1939 г. под Кингисеппом было построено не менее 33 бронированных огневых точек (БОТов). Насколько это известно, они находились в составе Кингисеппской укреппозиции, и только одна — в юго-западной точке Усть-Лужской. Там, где не хватало пулеметов, ставили танки с пулеметными башнями, а на танкоопасных направлениях — с пушечными башнями. Эти БОТы относились к категории танковых или танкобашенных огневых точек (ТОТов), как такие сооружения стали называть уже во время войны. Танковая огневая точка представляла собой танк Т-18 со снятыми двигателем, ходовой частью и кормовыми листами брони, вмурованный в мощное бетонное основание таким образом, что над поверхностью земли возвышалась только его башня. Вход в точку осуществлялся через корму танка, для чего в задней части бетонного основания устраивалась шахта. Боевой расчет состоял их двух человек, живших в блиндаже неподалеку. Танкобашенные огневые точки отличались от танковых тем, что в данном случае на бетонное основание устанавливался только подбашенный погон, на который ставилась башня танка. Помещение для гарнизона в этом случае было целиком бетонным, но также полностью подземным с шахтным входом. Иногда вход был коленчатым, то есть шахта устраивалась не по оси огневой точки. Сектор обстрела ТОТов, естественно, был круговым. Какие именно танковые башни, кроме Т-18, использовались на КингУРе, неизвестно, но есть предположение о существовании как минимум одной ТОТ с башней экспериментального танка Т-46 (45-мм пушка) и одной — с башней Т-28 (76,2-мм пушка) или конической башней Т-26 (45-мм пушка).
Однако одни танковые огневые точки, тем более, вооруженные 37-мм пушками, никак не могли восполнить очевидной нехватки артиллерийских огневых точек. В этой связи, когда в 1938 г. была принята новая программа усиления УРов, для КингУРа предлагалось несколько фантастических проектов артиллерийских капониров с прожекторными установками, некоторые — с башнями, вооруженными 203-мм пушками и пр. На практике, в 1938 г. начали строительство двух больших артиллерийских полукапониров (АПК) почти напротив друг друга на разных берегах Луги — у деревень Пулково и Сережино. К 1940 г. они еще не были вооружены. Затем УР законсервировали, а когда в 1941 г. его стали срочно приводить в боеготовность, положенных им по проекту казематных артустановок не нашлось, и было приянто уникальное в своем роде решение. В оба полукапонира установили 76,2-мм «противоаэропланные» пушки обр. 1914/15 г. системы Ф. Ф. Лендера в большом количестве сохранявшиеся в то время на складах, особенно у моряков. Анкерные болты их креплений можно увидеть и сейчас. Нереализованным остался и проект двух тяжелых казематированных батарей под 122-мм пушки А-19 в районах севернее Дубровки и западнее Крикково. В этих местах во время обороны УРа находились положенные ОПАБам по штату 76-мм пушечные батареи.
Кроме того, на УРе устанавливались сборные из блоков железобетонные огневые точки (ЖБОТы) самых разных конструкций. Две самые любопытные находятся в старой части УРа, возле кингисеппских мостов на левом берегу Луги. Это так называемые «тяжелые разборные пулеметные гнезда» системы инженера Колотовского разработанные в 1919 г. и построенные в 1920 г. как комбинированные дерево-бетонные, а в 1925 г. по решению Военно-строительного управления доработанные до полностью железобетонных. Эти трехамбразурные блочносборные сооружения были вооружены одним пулеметом «Максим» на вращающемся столе. До 1925 г. они хранились в разобранном виде в Ленинграде и Кронштадте. Когда были установлены под Кингисеппом неизвестно. Вероятно, около 1928 г. Их отличительная особенность — входной тамбур–пристройка в горжевой части типа «сквозника».
На аналогичных сооружениях в районе форта «Красная Горка» таких тамбуров нет
Остальные ЖБОТы Кингисеппа и окрестностей были установлены уже во время войны летом 1941 года в порядке строительства укреплений Лужского оборонительного рубежа. К ним относятся простые 2-секционные железобетонные колпаки с толщиной стенок 13 мм и диаметром 168 см.
Такие ставились на деревянных срубах поверх траншеи, а через их амбразуру можно было вести огонь из «Максима» на станке Соколова. Они стоят возле железнодорожных мостов в Кингисеппе и Кленно, еще три точки найдено в районе Большого Кузёмкино. Есть и большие по размеру 2- и 3-амбразурные круглые в плане блокгаузы для пулемета на вращающемся столе, характерные для второй полосы Лужского рубежа, удаленного от берега Луги на 3–10 км: опорных пунктах Мануйлово, Выползово, Лопец, Юрки, Ганьково. В Кингисеппе их остатки найдены прямо на правом берегу реки. Есть и сборные железобетонные артиллерийские казематы для 76,2-мм казематной артиллерийской установки Л-17.
Они представляли собой, по существу, блочносборные стенды для этой установки — передняя стенка с амбразурой, две боковые и крыша. Возможно, боковые стенки имели продление из деревянных бревен. ЖБОТы под Л-17 находятся в Кингисеппе и его окраинах, на правом берегу Луги, один найден возле д. Лопец.
ДЗОТы, как вспоминал один из участников тех боев, представляли собой установленный в котловане деревянный сруб с несколькими накатами бревен поверх, заваленных толстым слоем глины (для гидроизоляции) и земли. Имели одну-две амбразуры вооружались «Максимом» на станке Соколова или ручным пулеметом Дегтярева. При ДЗОТе предусматривался склад боеприпасов, включая гранаты, воды и провизии, но телефонной связи, как правило, не было. Общее количество ДЗОТов УРа неизвестно, но их нумерация переваливала за 50. Построены они были, по большей части, уже летом 1941 года.
В организационном отношении Кингисеппская укреппозиция относилась к Ленинградскому военному округу. Усть-Лужская укреппозиция, так же известная по документам как «пост № 20», входила в состав Ижорского сектора Береговой обороны Балтийского моря, который в 1933 г. был преобразован в Ижорский укрепленный район Береговой обороны Краснознаменного Балтийского флота, а позднее — Береговой обороны Кронштадтской военно-морской базы КБФ. В 1936 г. УЛУП передали в состав Лужского укрепленного сектора, а в 1938 г. этот сектор был переформирован в Западный УР. В мае 1939 г. Усть-Лужская укреппозиция была передана от БО КВМБ КБФ в состав Ленинградского военного округа и объединена с Кингисеппской укреппозицией, образовав Кингисеппский укрепрайон. Протяженность его обороны по фронту составила, таким образом, 71 км. (Согласно нумерации 1941 г., КингУР получил № 21.)
В России нет дорог, но кое-где можно проехать... Русские НЕ Здаюца !!!
[Обновления: ср, 21 ноября 2012 10:39] Известить модератора |
|
|
|
Текущее время: пт дек #d 16:09:30 MSK 2024
|
ОКРЕСТНОСТИ ПЕТЕРБУРГА:
Путеводители
Карты
Краеведение
Военная история
Фотогалерея
Старый сайт
Начало
F.A.Q.
Регистрация
Вход
