Начало » ГЛАВНЫЙ » Историко-краеведческий раздел » город Ниен
| город Ниен [сообщение #110656] |
чт, 03 февраля 2011 18:29  |
|
|
Случайно нашлась интересная книга на Google Books, "Русская внешняя торговля и экономическая экспансия в семнадцатом веке", изданная на англ.языке в Нидердандах в 2005 году.
http://books.google.com/books?id=57LnE5DO2rQC
В книге содержатся многочисленные упоминания города Ниен и крепости Ниеншанц и приводятся сведения, наверняка, неизвестные или малоизвестные российской общественности. Поэтому считаю важным донести и предлагаю вниманию некоторые отрывки.
стр.40-41
Ниен, как географический центр шведской провинции Ингрия, был одной из самых дерзких попыток шведского правительства привлечь русскую внешнюю торговлю на Балтику. Город был построен в экономически и стратегически важном районе в дельте Невы, который в течение столетий был спорной территорией между Швецией и русским Новгородом. Большую часть этой местности занимали заболоченные низины с редким населением, в основном из финно-ижорцев и небольшого числа русских. Но этот регион образовывал логическую связь Балтийского моря с речной системой, ведущей к Великому Новгороду, как начальной точке древнего маршрута "из варяг в греки". В начале 17 века поселение московитов в устье Охты носило название Невское Устье и рядом с ним,- в месте впадения Охты в Неву - была построена шведская крепость Ниеншанц в 1611 году, сразу после начала шведской интервенции в период смутного времени на Руси. Русские стали называть новый шведский порт "Канцы".
В плане населения Ниен был очень небольшим городом. По записям долговой книги местное население составляло 294 человека в 1640 и 384 в 1641 годах. Ниен имел 316 обитателей (граждане, их семьи и слуги) в 1642 году, хотя по данным податной книги Нотебургской провинции мы за тот же год имеем другую цифру - 232 мужчины и 239 женщины. Согласно запискам князя Петра Ивановича Потемкина новый город (с учетом пригородов) имел 500 домов и общее население 2000-2500 человек в 1656. В 1701 семеро купцов с Ладоги подтверждали, что в Ниене было 400 домов. В то время город находился в стадии постоянного развития, которое пришлось на последнюю декаду столетия. Также как и Нарва Ниен имел значительное русское население.
стр.158
Ниену отводилась особая роль в качестве транзитного пункта в русской торговле. В 1642 году в Ниене был учрежден таможенный пост. До этого русские купцы, следовашие через Ниен, должны были платить таможенные сборы только в Стокгольме. Это значительно сокращало сборы в самом Ниене. По новым правилам в дополнение к таможенным сборам за купленные и проданные в Ниене товары русские купцы должны были заплатить специальный транзитный налог в размере 50 копеек и более, в зависимости от размера торгового судна. Возникшее внимание к Ниену со стороны правительства объяснялось призывами со стороны России в дальнейшем развитии невского маршрута на переговорах 1646 года по подтверждению Столбова договора. Королева Кристина в августе 1646 издала указ о разрешении проведения ежегодной ярмарки в Ниене. В течение трех недель августа все торговцы, включая русских, имели право осуществлять розничную торговлю duty-free (т.е. без уплаты налога). В 1679 году правительство дало согласие на проведении сразу двух ярмарок. Однако в Ниене в отличие от других крупных городов не было русского погостья, хотя там и были три торговых склада московитов.
стр.172
Ниен также как и его соседи делал первые шаги на пути прото-индустриализации. К концу 17 века в городе были кирпичные заводы, мастерская по производству извести, канатов, смолокурня, текстильная мануфактура, верфи и лесопильня с 4 цехами. К тому же там находились различные мастерские по очистке и сортировке импортируемых товаров. Часть экспортируемого льна и конопли очевидно перерабатывалась на пряжу и канаты. Однако львиную долю всего производства составляла переработка древесины. Большая часть соседних к Ниену лесопилен располагались в северо-восточной части Ингрии, граничащей с Нотебургской провинцией. В добавок к первым лесопильням в Кексгольмском и Кроноборгском (Kronoborg) округах на западном берегу Ладоги были построены леспопильня у Ижорских порогов и в Нотебурге в 1693 году. К 1696 году новые лесопильни появились в Ингрис (Ingris), Дудергофе (Duderhof) и Лоппис (Loppis). Большая часть древесины на эти лесопильни поставлялась из соседних регионов России и в 1688 году Генерал-Губернатор Ингрии неоднократно предупреждал Стокгольм, что ограничения на импорт русской древесины приведут к краху лесопильного производства всей Ингрии.
стр.174
Ниен к концу века построил с помощью голландских кораблестроителей свой собственный торговый флот. Для строительства этих судов часто использовались русские непеработанные материалы. Городской флот насчитывал к концу столетия 30-40 судов. В конечном счете уровень мастерства местных кораблестроителей стал достаточно высоким, чтобы они смогли перейти на службу России, когда Петр I в 90-х годах 17 века начал строить собственный флот в Архангельске. В период 1691-94 годов 4-7 шведских судов спускалось каждый год на воду в Ниене. За последующие 4 года это число выросло до 10-19 и затем упало до 9 и только двух кораблей в 1699-1700.
стр.334
Русские купцы, посещающие Ниен, снимали комнаты в домах местных обитателей и держали свои товары в русских трех складах, построенных в Ниене для этих целей. Однако в Ниене не было специального гостевого двора для русских, в отличие от других крупных городов. Многие купцы, очевидно, оставались в Ниене годами без всяких обязательств и не платя налоги. Некоторые купцы предпринимали поездки вдоль побережья Финского залива, скупая шкуры, сало и мед, чтобы продать их потом иностранцам вместе со своими русскими товарами. Даже купцы из внутренней России, т.е. Москвы и Ярославля держали конторы в Ниене для поддержания долгосрочных контактов. Обычно они привозили свои товары в устье Невы для продажи русским купцам, идущим в Стокгольм, или иностранным капитанам, посещающим город.
Истинная значимость Ниена в русской внешней торговле в основном базировалась на торговле купцов русского северо-запада со Стокгольмом. В заключительные десятилетия 17 века мы видим значительный рост числа купцов и объемов товарооборота. Сказка за июнь 1661 года указывает число новгородских купцов, действующих в Стокгольме равным 22. Число тихвинских купцов было сопоставимо и достигло в 1662 году 21. 20 тихвинских купцов посетили Ниен и Стокгольм в 1685 году, 31 в 1687, 40 в 1688 и 34 в 1690. Согласно отчету олонецких купцов в июне 1663 года 25 из них имели какие-либо контакты со Стокгольмом. Сборщик податей Иван Долгий в своей челобитной в 1690 полагал, что олонецкие купцы ежегодно экспортируют товара в Швецию на 200 000 рублей и задействуют как минимум 20 судов. Однако, эти оценки почти наверняка преувеличены. Другие русские купцы, посещающие Стокгольм, приходили из крупных поселений на берегах Ладоги и Онеги, например, деревень Ояцкий и Сермакса на Ладоге, Оштинский и Мергорский погосты на Онеге. К тому же были случайные купцы из Ярославля, Рыбной слободы (Рыбинска), Переяславля, Устюжны, Каргополья, Ржева и Москвы.
стр.351
Алкогольные напитки занимали свою постоянную нишу в объеме балтийского импорта. Ввоз алкоголя в Россию дожен был осуществляться с особого разрешения московских властей, хотя наверняка контробанда была обычным путем утоления жажды северо-западного российского потребителя. Индивидуальные шведские купцы периодически поставляли дистилляты в казенные кабаки Новгорода и Пскова. Основными категориями поставок иностранного алкоголя в Росиию было французское, испанское и рейнское вино. Также ввозилось португальское, черри, мускат, мозельское, грушевое, канарское, а также конъяк и Брандвейн. Пиво привозилось из Любека, Гамбурга, Амстердама, Висмара и Англии. Одним из источников сведений об объеме алкогольного импорта в Россию является таможенная книга из Нарвы. По записям за 1666 год имеем 21780 литров, в 1668 году 9270 литров, в 1671 году 41100 литров и в 1679 году 35600 литров.
С уважением,
slog
|
|
|
|
Текущее время: пн фев #d 03:37:20 MSK 2026
|
Начало
F.A.Q.
Регистрация
Вход
